logo

Кровавая история Донецка. Часть IV - "Иных уж нет"

01.03.2019

"Восемь убийств кряду поставили точку на группировке Рябина- Кушнира", - констатировал в декабрьский номер "Дела и права" за 1998 год. И в самом деле, ровно за год, с 31 октября 1997 года по 30 октября 1998 года, ушли из жизни руководители и основные боевики банды Кушнира и киллеры из других регионов, привлекавшийся к исполнению особо ответственных убийств в Донецке. О каждом их них вкратце скажем особо.

Фактически же к 1997 году передел собственности, начатый в начале 90-х к этому моменту закончился и "рыцари без страха и упрека", стали не нужны. В материалах уголовного дела донецко-луганская банда киллеров именуется еще "группировкой Кушнира-Рябина-Алиева". Но это, понятно, лишь верхушка айсберга.

Первым из трех названных главарей ликвидировали 43-летнего Анатолия Аркадьевича Рябина - самого старшего по возрасту и умудренного криминальным опытом (был дважды судим). Рябина или Рябого - друга и компаньона Яноша Кранца - расстреляли из автомата на автотрассе, когда он ехал из Днепропетровска. По иронии судьбы, неподалеку от поселка Пески Ясиноватского района (место первого покушения на Ахатя Брагина - Алика Грека). Было это вечером 31 октября 1997 года. Из трех попутчиков Рябина двое были убиты через насколько часов. Один из них - умелый боевик, участвовавший в нескольких заказных убийствах ("стрелок") - 27-летний Вячеслав Волков, до этого одно время служивший в милицейском спецподразделении "Беркут". На следующий день в районе автокооператива "Стрела-3" по улице Стратонавтов нашли трупы бывшего директора гастронома "Беларусь" Владимира Любарского, 1954 года рождения, и его 27-летнего водителя. Любарский накануне прибыл из Израиля вместе с Рябым и навестили знакомых в Днепропетровске (опять этот город!), таким образом дезавуировав себя. Труп Рябина был брошен на месте преступления, а его спутники попытались скрыться. Были убиты спустя мгновения. Кто осуществил это преступление, как два трупа попали в Донецк - неизвестно.

Считается, что именно Рябин, после гибели Кранца тесно сотрудничавший с Кушниром, и свел донецкую и луганскую группировки, укрупнив таким образом преступный "синдикат". Рябин, как человек денежный (владел несколькими прибыльными предприятиями), опытный, к тому же - "в годах", сам по приговоренным к ликвидации не стрелял - был одним из организаторов, "мозговым и финансовым центром" по устройству хорошо оплаченных или выгодных для него убийств.

25 марта 1998 года недалеко от места, где захватили Рябина, был тяжело ранен из автомата 40-летний Евгений Борисович Кушнир. В Донецке он был известен как ювелир (по некоторым данным начинал наперсточником), фактический владелец мастерской в самом центре города - по улице 25-летия РККА, напротив гастронома "Москва" (ныне в помещении гастронома - магазин "Эльдорадо").

Кушнир вместе с Рябиным и отдельно владел рядом фирм, работу других - контролировал, на чем имел доход. Но, как было сказано на пресс- конференции, основную прибыль имел от организации заказных убийств, других преступлений. Некоторые тщательно спланированные убийства организовал по своей инициативе - для устранения конкурентов в легальном, а, в основном, криминальном бизнесе.

Евгений Кушнир был последним из трех главарей донецко-луганской группировки киллеров (Кушнир-Рябин-Алиев), уцелевшим к марту 1998 года и продолжавшим начатое дело вымогательств и ликвидаций.

Кушнир, надо полагать, хорошо осознавал, что находиться в Украине ему опасно. Но, видимо, не приезжать сюда не мог. Большие деньги и серьезные обязательства, взятые на себя перед их могущественным тогда получателем, не позволяли ему где-то отсидеться, пока охота на него и его боевиков не прекратиться. И новоиспеченный гражданин Израиля регулярно появлялся в Киеве и Донбассе.

В последний раз он прибыл в Донецк в двадцатых числах марта 1998 года - из Венгрии, в сопровождении двух своих проверенных боевиков - Андрея Акулова и Игоря Филипенко и юного Михаила Брюхина, выполнявшего в банде роль водителя и наблюдателя.

В Донецке Евгений Кушнир пробыл два или три дня и, опять же, на "Жигулях"-"девятке", бывших в распоряжении Михаила Брюхина, выехал в Днепропетровск (по версии Савчука - на встречу с П. Лазаренко). У рынка близ Карловского водохранилища, автомобили притормозил - появились какие-то дела. И тут, словно из-под земли, возник автоматчик, который выпустил по "Жигулям" прицельную длинную очередь. Стрелявший даже не скрывал лица - был без маски. Автомобиль рванул с места. Случилось это на 655 километре. неподалеку от все тех же Песок.

Брюхин сумел вмиг завести машину и нажать на газ, "Жигули" рванули вперед. Это и спасло спутников от гибели. Вскоре они добрались до милицейского поста, охраняющего водоем, и обратились за помощью.

Кушнир был тяжело ранен в грудь и в плечо, потерял много крови. У Брюхина пули серьезно повредили кисть левой руки - были отстрелены мизинец и безымянный палец. Тогда же пострадавших поместили в близлежащую Селидовскую центральную райбольницу, для них была организована милицейская охрана.

"Семен Семенович Потапенко", - представился тяжело раненый при госпитализации. Так и записали в историю болезни. Но личность пострадавшего быстро установили - слишком известная милиции и СБУ фигура была подстрелена из автомата; на случайных, второстепенных лиц так тщательно покушения не готовятся. Тогда-то в больницу зачастили убоповцы, розыскники, следователи прокуратуры. Миша Брюхин, понимавший: чем такое внимание чревато и не желая рисковать, - сбежал из районной больницы. С тех пор и скрывается, о его судьбе достоверно ничего не известно.

Кушнира же в середине апреля перевели в медсанчасть СИЗО N 1 г. Донецка. Он обвинялся в двух фактах крупного вымогательства, по которым прокуратура г. Донецка возбудила уголовное дело.

По сведениям из компетентных источников, вымогательства Кушнира вскрылись так. Когда о покушении на "израильского гостя", его тяжком ранении и больничной изоляции узнали все заинтересованные лица (стало ясно, что раненый бандит под охраной милиции опасности не представляет), в правоохранительные органы обратились два известных бизнесмена еврейской национальности. Они заявили о вымогательстве у них под угрозой насилия крупных сумм в долларах США: 30 000 и 100 000 "баксов". И якобы эти деньги, по словам самого Кушнира в беседах с ними, должны были пойти на борьбу с враждебной криминальной группировкой, контролирующей некоторые ключевые бизнес-структуры региона. Все это чрезвычайно похоже на "Союз меча и орала", описанный Катаевым/Ильфом.

Поскольку вымогательства носили особо опасный характер и были связаны с реальными угрозами, в отношении подозреваемого была избрана мера пресечения - взятие под стражу. (В скобках заметим, что в изоляции Кушнира, надо полагать, сыграла роль и оперативная информация о его деяниях которой уже располагали правоохранители). Оттого в середине апреля Евгений Борисович и был переведен из центральной районной больницы Селидово, где он лечился (под милицейской охраной) после тяжелого ранения в медсанчасть следственного изолятора N 1 г. Донецка.

Создалась противоречивая ситуация: с одной стороны, Кушнир был потерпевшим в деле об организованном покушении на убийство (покушавшийся стрелял из автомата, "Жигули", на которых подъехали преступники, были заранее похищены и т.п.) - это преступление расследовал следотдел областной прокуратуры. А с другой, "израильский гость" обвинялся в жестоком вымогательстве, по этому делу с ним работал следователь прокуратуры г. Донецка.

Совершение вымогательств Евгений Борисович категорически отрицал, по поводу покушения - тоже никакой информации, указывающей: кто же мог быть заинтересован в его смерти, - не дал. Рассказал только об обстоятельствах происшедшего...

Бандиты остались без своего лидера, который поставлял оплачиваемые заказы ("фронт работ"), привлекал к участию в "коммерческих проектах" (например, к реализации минводы "Куяльник", которую производил Царичанский завод минеральных вод, принадлежавший днепропетровскому "авторитету" Мильченко (Матросу) и другим людям, близким П.И. Лазаренко).

Нервничали заказчики и партнеры: многие начинания и замыслы оставались нереализованными. А поскольку в окружении Кушнира было немало натур энергичных и деятельных, стали возникать планы - как вызволить главаря и организатора из тюрьмы.

Один из свидетелей по делу "донецко-луганской группировки" говорил на следствии и в суде о целом "движении" по освобождению Е. Кушнира из СИЗО. О том, что как будто бы предпринимались попытки выкупить его с помощью адвокатов и вывезти из Донецкого СИЗО. Под это дело готовы были заказать самолет, нанять охрану, лучших адвокатов. Существовал, по словам свидетеля, даже такой план: подключить израильскую разведку "Моссад", представить дело так, что Кушнир - ценный агент этой разведки и необходима передача его Израилю.

Но это так - из области проектов. Реально же искали способы и средства для выкупа "израильского гостя", т.е. искали - кому бы дать большую взятку, чтоб Евгений Борисович обрел свободу. Прежде всего, как водится, собирали деньги под "освобождение Кушнира".

Главным инициатором "сбора средств" был Леонид Фищук по кличке Хряк, один из ближайших сподвижников Кушнира. Если бывший ювелир считался главным "разводящим" своей крупной группировки по Донецку, то Фищук, как принято говорить, "держал" свой Кировский район, преимущественно рынки - был там главным авторитетом. После освобождения в 1996 году из заключения (отбывал срок за хулиганство) он скрывался, опасаясь за собственную безопасность, жил фактически на нелегальном положении. Поэтому не совсем понятно: как ему удавалось собирать дань с тех же рынков, если он жил, по преимуществу, вне Донецка.

Фищук посчитал, что к освобождению Кушнира нужно подключить П.И. Лазаренко и нашел "выход" на экс-премьера. Леонид обратился к Наталье Снитко, супруге покойного Матроса, а та уже вроде бы "решала вопрос" с самим Павлом Ивановичем. В общем, некий предприниматель привез в Донецк 110 тысяч долларов - "от Лазаренко", передал деньги Л. Фещуку и Игорю Савчуку (луганский "авторитет"), который также был задействован в приготовлениях к освобождению Кушнира.

Савчук и поведал следователям, а потом - и суду о получении 110 тысяч от Павла Ивановича и 40 тысяч долларов от самой Натальи Снитко (всего 150 тысяч). Именно такую сумму якобы запросили "люди Фищука", занимавшиеся освобождением Кушнира. По версии Савчука, деньги были необходимы, чтоб Евгения Борисовича выпустили "под залог".

Но пока велись все эти хлопоты и передачи, Кушнир погиб в медсанчасти следизолятора. Случилось это 2 мая 1998 года, в субботний праздничный день. Официальная причина смерти, записанная в соответствующем свидетельстве РАГС, - острая коронарная недостаточность, проще говоря, - сердечный приступ. К нему привела аллергическая реакция на введенный лечебный препарат. Сам факт гибели выглядел, по меньшей мере, странно - со дня ранения минуло пять недель, дело как будто шло на поправку. А потому родственники Евгения Борисовича, в частности, его старший брат Яков, срочно прибывший из Израиля в Донецк (подполковник в отставке, до 1991 года - известный следователь в милиции города Донецка) высказывали удивление и подозрения по поводу этой неожиданной, загадочной смерти.

Свое заключение дала комиссия судмедэкспертов. Согласно ему, причиной смерти Е.Б. Кушнира явился "анафилактический шок" (наиболее выраженный и опасный вид аллергической реакции) на внутривенное введение актовегина на 5-% растворе глюкозы при лечении огнестрельного многооскольчатого перелома левого плеча с повреждением лучевого нерва.

В день выдачи заключения, 2 июля 1998 г., следователь по особо важным делам прокуратуры г. Донецка вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении медработников СИЗО по факту смерти Е.Б. Кушнира. То есть официальная причина гибели последнего лидера донецких бандитов - несчастный случай.

В следственном изоляторе Кушнир находился меньше месяца. И все это время он продолжал "контролировать процесс" на воле. Он передал из тюрьмы записку И. Савчуку. Несмотря на трудности, говорилось в ней, "необходимо сделать все, что было запланировано".

Якобы речь шла об операции по устранению главы биржевого комитета Украинской межбанковской валютной биржи Вадима Гетьмана, за которую по команде Павла Лазаренко на счет Е. Кушнира поступили 850 тысяч долларов. И убийство Гетьмана люди Кушнира таки осуществили - 22 апреля 1998 года луганчанин Сергей Кулев застрелил видного финансиста в лифте дома, где тот проживал.

До сих пор многие сомневаются, что гибель Кушнира была случайной. Один из свидетелей, близко знавших Кушнира и его команду, считает, что к умерщвлению "израильского гостя" приложил руку Павел Лазаренко. Зачем, мол, ему такой живой источник информации, находящийся в руках у правоохранительных органов. Кто его, Кушнира, знает, скажет он что-то на следствии или не скажет.

Есть и другие версии - кто выступил заказчиком устранения главаря киллеров. Но они никак не подтверждены документами, другими доказательствами. В общем, слишком большой простор для воображения.

Интересна судьба $150 тысяч, поступивших от П. Лазаренко на вызволение Е. Кушнира. После гибели последнего, по свидетельству И. Савчука, 30 тысяч Фищук передал ему, как активному участнику "сбора средств", часть денег пошла на похороны Е. Кушнира, а остальными как-то успел распорядился сам Фищук.

Со смертью Кушнира его донецкая группировка фактически прекратила свою активную деятельность. Судьба его боевиков, других помощников и сторонников печальна. Кто ударился в бега и объявлен в розыск, кто пропал без вести (по оперативным данным - убит, хоть трупы не обнаружены), отдельные участники группировки предстали перед Луганским и Донецким апелляционными судами. Но большая часть - около пятнадцати - приближенных Кушнира погибла в 1997-1998 годах. По преимуществу эти члены группировки стали жертвами методичного отстрела (кому-то они явно мешали, убийцы не установлены), некоторые погибли при не менее странных обстоятельствах, чем сам их лидер.

28 марта 1998 года возле института "ДонНИИчермет" в Калининском районе Донецка были обнаружены горящие "Жигули", а рядом - окровавленный труп Акулова Андрея Николаевича, 1965 года рождения, уроженца Донецка, не работающего, не судимого. В кармане погибшего лежали 600 долларов и фальшивые документы. Специалистам по борьбе с оргпреступностью личность Акулова была хорошо известна - как одного из основных "боевиков Кушнира". Его считали участником всех крупных заказных убийств и других преступлений, совершенных до этого бандой, а гибель вскоре после покушения на "шефа" связывали то ли с тем, что кто-то планомерно ликвидирует членов банды, то ли с тем, что Акулов, вполне вероятно, навел заинтересованных лиц на Кушнира, о времени и месте нахождения которого был осведомлен, т.е. мог содействовать покушению на главаря. При достоверности такой версии его, вполне возможно, убрали свои.

В сентябре 1998 года близ небольшого городка под Киевом сотрудники милиции откопали труп Геннадия Федоровича Зангилиди, 1967 года рождения, уроженца г. Владикавказа. Он был известен расследующим дело по убийству Е.А. Щербаня как основной участник расстрела в Донецком аэропорту - тот самый "высокий молодой мужчина в летной форме", который безжалостно поливал окружающих смертоносным свинцом из пистолета-пулемета "Аграм-2000". По прижизненному фото Зангилиди опознали очевидцы.

Один их участников последнего из названных преступлений - Валерий Баликоев (также уроженец и житель Владикавказа) - пропал без вести в конце декабря 1995 года. По оперативной информации, его застрелил Зангилиди в ходе какой-то внутренней разборки.

22 сентября 1998 года во дворе дома N 23 "а" по проспекту Театральному в Донецке был обнаружен труп Филипенко Игоря Алексеевича, 22 сентября 1965 года рождения (день смерти совпал с днем его 33-летия), уроженца Донецка, разведенного, не работавшего.

Это был ближайший друг Акулова (дружили с детства, учились в одном классе) и подручный Кушнира. Один из немногих членов банды, кто использовал форму и документы сотрудника милиции. Участник большинства убийств, спланированных и совершенных бандой в Донецке. Есть сведения, что именно Филипенко заложил взрывчатку под ступени VIP-трибуны на стадионе "Шахтер", а когда Ахать Брагин ступил на них 15 октября 1995 года - нажал на кнопку радиоуправляемого взрывного устройства. Был он тогда в форме капитана милиции и, воспользовавшись суматохой, беспрепятственно покинул место происшествия.

30 октября 1998 года в ста метрах от автотрассы Киев-Днепропетровск возле села Первомайское Чернобайского района Черкасской области был обнаружен труп мужчины с тремя огнестрельными ранениями. При погибшем оказались золотые украшения, 700 долларов США, более двух тысяч гривень и 1200 российских рублей. Убийство явно было совершено не с целью ограбления.

Вскоре установили личность погибшего: Фищук Леонид Андреевич (именно так он назван в деле, но источники утверждают, что имя его отца - "Витя". Не исключено, что это кличка, так как "Витя" тоже был судим), 1967 года рождения, уроженец Донецка, один из учредителей коммерческой фирмы "Привоз" (Кировский район областного центра). В 1993 году он был судим по ст. 206 тогдашнего УК ("Хулиганство") и освободился в 1996 году. С тех пор жил фактически на нелегальном положении...

Согласно оперативной информации, Фищук был близок Кушниру, выполнял его ответственные поручения, а в свое время имел с Евгением Борисовичем общего наставника - известного "вора в законе". Фищук давно жил на нелегальном положении, опасаясь за свою жизнь. Источники вспоминают, как среди белого дня на рынке "Текстильщик" двое неизвестных, вооруженных автоматами, пытались устранить Хряка, но у них ничего не вышло. Тем не менее Фищук выстроил на родном поселке пятиэтажный дом (один этаж уходил под землю):"Я хочу сделать что-нибудь такое, чтобы меня на Комсомольском посёлке помнили всегда"!

С этим домом произошла неприятная история. После смерти Хряка, он должен был отойти его второй жене, так как с первой Фищук к тому времени развелся, но мать Фищука Муся, сумела отсудить "хатынку", потому как, когда надо было поставить подпись в брачном свидетельстве, Хряку было некогда ехать в ЗАГС и он послал расписаться... охранника. И его жена с сыном остались ни с чем.

Предположительно он был убит во время поездки на одну из своих явочных квартир - якобы в Черкассах у Фищука жил дядя, который и прятал его в трудную минуту.

В том же 1998 году исчезли, ушли в небытие еще два важных члена донецко-луганской группы киллеров. Был убит Валерий Пушняков - один из непосредственных исполнителей ликвидации Евгения Щербаня в Донецком аэропорту. В форме капитана милиции он находился за рулем тех самых белых "Жигулей" - "девятки", на которых два "стрелка" въехали на летное поле. Как и остальные боевики и их помощники, Валерий был молод, на день смертельной акции примерно 26-ти лет от роду.

Пропал без вести (по оперативной информации был застрелен) третий руководитель межрегиональной банды Алиев Магомет Умарович (кличка - "Мага"). Сам он из Дагестана и "залетные" боевики с Кавказа (Зангилиди, Баликоев, Елканидзе и др.) - его люди. Сам он также часто бывал в Донецке, занимался и поставкой оружия для группировки.

Таким образом, начиная с 31 октября 1997 года и до конца 1998-го, были убиты или же пропали без вести три руководителя и шесть важных членов банды (боевиков и их ближайших помощников), некоторые (как, например, Валерий Баликоев) исчезли раньше. Можно было говорить о том, что донецко-кавказская, наиболее активная и опасная часть группировки, в 1998 году прекратила свое существование. По имеющимся данным, в Донецке с тех пор оставшиеся члены группировки преступлений не совершали - сфера их деятельности замкнулась, в основном, на Луганске.

По ряду убийств членов группировки у правоохранителей есть версии, аргументы и улики, свидетельствующие, что убирали "свои" - заметали следы, избавлялись от нежелательных свидетелей. Так, например, говорят о Баликоеве, Зангилиди, Акулове, Валерии Пушнякове. Другие ликвидации - вроде бы дело рук противоборствующей группировки. Какой? Но как бы там ни было, ни по одному из почти десяти убийств виновные не найдены. Что тоже наводит на определенные размышления, о которых пока не будем вслух.

"Они заказали и убили А. Брагина и Е. Щербаня, - говорилось в одной из публикаций "Дела и права" по этому поводу в 1999 году. - А кто заказал и убил их?" Вопрос так и остался открытым, и вряд ли точный ответ на него когда-нибудь удастся обнародовать.

Не стоит думать, что с разгромом банды Кушнира заказные убийства в Донецке закончились. Единственным преступлением, затронувшем бизнес-элиту города в относительно спокойном 1998 году стало устранение 37-летнего директора донецкого пивоваренного завода Юрия Павленко. 18 сентября 1998 года потомка того самого пивовара Алексея, в честь которого назван один из сортов донецкого пива, ликвидировали на лестничной площадке второго этажа дома № 22 по бульвару Школьному. Возвращавшийся домой директор, был атакован тремя преступниками, вооруженными металлической заточкой и огнестрельным оружием. Раненный Павленко сумел выбежать из подъезда и уже на улице был добит в голову из пистолета. Накануне гибели директора Донецкий пивоваренный завод находился в эпицентре скандала, связанного с американскими инвестициями и возможностью смены владельцев-акционеров.

Автор текста: Александр Кучинский

На эту тему:

Кровавая история Донецка. Часть - I, "Криминальные разборки".

Кровавая история Донецка. Часть - II, "Ликвидация Ахатя Брагина"

Кровавая история Донецка. Часть - III, "Убийство Евгения Щербаня"

Также читайте:

Криминальная хроника Донецка

Криминальная хроника Украины

поделиться:
fb tw gp

Отзывы (0 комментариев)
МультиВход
другие материалы рубрики
Дополнительные материалы